ЧЕЧНЯ. История чеченского народа знает немало имeн, навсегда оставшихся в ее памяти, одним из которых несомненно является Тушал - выходец из древнего чеченского селения Гуни. Его отец Керим известен тем, что являлся близким другом великого богослова, оказавшего огромное влияние на судьбу Ислама среди вайнахов, шейха Кунта-Хаджи Кишиева.
Родился наш герой в 1837 году. Все его детство прошло в с. Гуни в тесной дружбе с семьей Кунта-Хаджи Кишиева. Так продолжалось до того момента, пока, заручившись согласием гунийцев, великий богослов не основал на их земле (рядом с с. Гуни) поселение, которое было названо в честь Кунта-Хаджи – Хажи-Эвла и переехал туда жить вместе с семьей. Кстати, это единственное село, которое названо его именем. Вскоре две семьи и вовсе породнились – Кунта-Хаджи Кишиев выдал свою сестру Хапту за брата своего самого близкого друга Керима - Вези [1]. От этого брака на свет появились дети: сыновья - Наза-Хаджи, Мудар, Гага, Махмад, Акари, Деста; дочери – Ченка и Булгу.
Годы взросления Тушала пришлись на суровое время, когда горские народы Кавказа вели отчаянную борьбу за независимость против царской России. И вполне логично, что в таких условиях мировоззрение юноши было пропитано идеями возмездия ненавистной империи за бесконечные страдания своего народа. Как известно, в апреле 1859 года штурмом была взята резиденция имама Шамиля – село Ведено. В сентябре 1859 года Шамиль сдался Барятинскому и таким образом война на Севере-Восточном Кавказе была завершена [2]. Чечня была провозглашена частью Российской империи. Однако сей факт вовсе не означал, что народ перестал грезить о свободе. Этим объясняется тот факт, что уже к 1877-1878 годам большое количество чеченцев под предводительством 27 - летнего имама Алибек-Хаджи Алданова вновь стало под знаменем свободы и независимости [3].
Тушал, сын Керима из Гуни, в составе отряда Алибек-Хаджи стал непосредственным участником этих событий. Около двух лет с переменным успехом войска имама вели героическую борьбу пока под натиском превосходящей военной мощи противника не сложили оружие. Руководители восстания были арестованы и приговорены к казни через повешение. Среди арестованных были двенадцать его наибов и много повстанцев, а также те, которые были заподозрены в сочувствии к повстанцам. Тушал, как один из участников восстания решением Веденского суда был осужден и этапирован в астраханскую тюрьму, откуда ему удалось бежать вместе с товарищем, уроженцем Дишни-Ведено.
13 лет скитались Тушал и его товарищ по разным странам. Вскоре друг Тушала к несчастью заболел. По воле Всевышнего и не без помощи Тушала ему удалось выздороветь. Однако через какое-то время смертельный недуг одолевает самого Тушала. В какой-то момент, решив, что Тушал навсегда покинул этот мир, друг тщательно хоронит его под грудой камней и в одиночку продолжает своё странствие. По странному стечению обстоятельств, через некоторое время Тушала обнаруживает человек с выраженной азиатской внешностью и врачует у себя дома отваром из змеиной шкуры. После выздоровления, отблагодарив своего спасителя, чудом спасшийся Тушал решает непременно идти в Турцию. Перед ним стоит одна единственная цель – найти во что бы то ни стало семью Кунта-Хаджи Кишиева, которая с самого его рождения была ему почти родной. Он дает себе зарок оберегать и быть полезен ей до конца своих дней. Трудно описать напасти, которым подвергся наш герой во время этого путешествия: голод сменялся жаждой, холод – нестерпимой жарой. Был случай, когда разбойники, привязав к дереву, забросали камнями и только проходившие мимо по воле Всевышнего путники помогли освободиться из лап откровенной смерти.
Между тем, судьба забрасывает Тушала в Ирак, где ему приходится работать с людьми, состоявшими в охране у самого иракского правителя. Тушал верой и правдой несет службу, за которую начальство рано или поздно решает отблагодарить его. На вопрос, чего бы он хотел получить в качестве вознаграждения, Тушал ответил, что больше всего на свете хотел бы найти семью Кунта-Хаджи Кишиева. Их встреча состоялась в Ираке. Еще издали наш герой заметил молодую женщину, подметавшую двор. Дочь великого эвлия и Тушал, дружившие еще с детства, не стали скрывать своего восторга при встрече, чем вызвали определенную долю недовольства со стороны мужа Эсет – ингуша по национальности Берсанака. Эсет поведала мужу о страннике, которого приняла как родного брата, после чего Тушал какое-то время поселяется в её доме, помогая семье что есть силы. Спустя еще какое-то время Эсет сватает за Тушала живущую по соседству одинокую женщину с чеченскими корнями.
Шли годы, семья жила своей жизнью. Однако новая супруга Тушала стала замечать, как какая-то печаль буквально съедает её мужа. Под конец Тушал признается жене, что смертельно тоскует по родине, после чего та решается продать все своё имущество ради осуществления мечты мужа. Дальше разворачиваются события, достойные любого захватывающего киносюжета.
За неделю до прибытия Тушала и его жены на родину возвращается и бывший спутник нашего героя, с которым ему некогда удалось сбежать из астраханской тюрьмы. Так вот, он же в подробностях рассказал сельчанам о том, как после «кончины» похоронил товарища под грудой камней и навсегда оставил в чужом краю. И надо же так совпало, что Тушал прибыл в родное село Гуни именно в тот день, когда были назначены поминки по «усопшему». Вместо траурного мероприятия жители живописнейшего чеченского селения Гуни отпраздновали счастливое возвращения односельчанина. Единственным человеком, которая не смогла разделить радость гунийцев по поводу возвращения Тушала, была его первая жена Дадак, так и не нашедшая в себе сил простить мужу вторую жену. Сильную сыновью поддержку получает Тушал от младшего сына Ибрехима, который после тщательных попыток примирить родителей решает поселиться вместе с отцом и его второй женой.
С этого момента начинается история еще одного высокогорного чеченского поселения «Марзой мохк», которое в начале XX столетия основывает Тушал вместе со своими сыновьями Хамбахадом, Дили, Ибрахимом и Сайд-Альви [4]. Для начала, не имея возможностей обустроить собственные жилища, молодые люди строят сараи для скота и овец и перебираются жить на новое место жительство без жен и детей. Так вот, через каждые 2-3 дня Тушала и его сыновей посещали жены и дети с провизией, а на вопрос односельчан, куда держите путь отвечали: «Марзхой болчу» (к родне мужа). Существует мнение, что именно таким образом селение «Марзой-мохк» получило свое название.
Вскоре после переселения Кунта-Хаджи и его семьи в с. Илсхан-юрт опустеет и село, названное в его честь [5]. Около сорока лет простоит оно в полном забвении, и лишь соседи время от времени будут пытаться урвать по кусочку от земли гунойцев. Не приемля таких обстоятельств, уже известный нам младший сын Тушала Ибрехим в целях защиты исконных гунойских земель от соседских захватов вместе со своим отцом и мачехой перебирается на постоянное место жительство в Хажи-Эвла. Со временем в село переселяются и другие представители тейпа гуной. Уже после смерти мачехи Ибрехим принимает решение вернуться вместе с отцом к своей матери Дадак.
С разных концов Чечни шли люди к Тушалу, наслышанные о его родстве с Кунта – Хаджи, последний в свою очередь щедро делился с ними воспоминаниями о великом Эвлия. Посетителям был известен и тот факт, что прямой предок Тушала, а именно его прапрадед Гырма-Хаджи явился непосредственным участником переселения рода Кишиевых в Чечню [6]. Дело в том, что судьба некогда свела Гырма-Хаджи и Аму (дед Кунта-Хаджи) в Мекке, где первый совершал паломничество. Под влиянием этого знакомства Ама и решил переехать вместе с семейством в Чечню. Дружбу Амы и Гырма-Хаджи продолжили их внуки - Кунта-Хаджи и Керим, которые по нашим сведениям являлись ровесниками [7].
Нам известно, что до сих пор в с. Марзой-Мохк на территории бывшего дома Тушала проживает его 96-летний внук Мухаммад-Яраги - сын Дили. Мухаммад-Яраги помнит времена, когда весь двор их дома вместе с околицей не могли вместить посетителей, которые приезжали к его деду отовсюду, включая соседний Дагестан и Ингушетию. Тушал в свою очередь охотно делился воспоминаниями, связанными с жизнью и учением Кунта-Хаджи. Рассказывают, будто однажды восторженные слушатели решили щедро отблагодарить рассказчика, отчего тот пришел в настоящую ярость. Вдобавок он привел слова самого шейха, который якобы предупреждал, что любой, кто посмеет наживиться на его имени, будет лишен возможности когда –либо лицезреть его. Таким образом, Тушал раз и навсегда предупредил любые попытки делать ему какие-то вознаграждения.
Из всех сыновей Тушала особенным авторитетом среди односельчан пользовался Хамбахад. Глубоко верующий, он с малых лет чурался любых действий, идущих вразрез с религиозными нормами и общечеловеческой моралью, за что снискал себе прозвище «справедливый». И не мудрено, что именно Хамбахаду гунойцы доверили каждые 7 лет делить между собой их земли. По рассказам сторожил села последний раз гунойцы распределяли участки в 1933 году, как раз до того, когда Хамбахад по наветам людей, которые, как утверждали современники описываемых событий, не являлись их соплеменниками, был схвачен и расстрелян большевиками. Его, как и многих представителей духовенства, пользовавшихся особым авторитетом и влиянием среди сородичей, объявили противником советской власти. Как известно, в 20-30-е годы XX в. ни один авторитетный религиозный деятель Чечни не избежал репрессий.
Между тем сын Хамбахада Абубакар погибает от рук бандитов, отбивая колхозное стадо. Однако сей факт остается незамеченным большевистским руководством. Зато нашлись некоторые нечистоплотные деятели, которые умудрились присвоить себе мужественный поступок Абубакара и получить награду за защиту колхозной собственности [8].
Трое других сыновей Тушала: Дили, Ибрехим и Сайд-Альви вместе с сыном известного шейха Бамат-Гирей-Хаджи Али Митаевым воевали на стороне советской власти против войск генерала Деникина. В очередном бою погибнет один из них - Ибрехим [9].
Так из непростых сюжетов сложилась жизнь Тушала – сына друга великого богослова, шейха Кунта-Хаджи Кишиева Керима из селения Гуни, что в Веденском районе Чечни. До сих пор в селении Марзой-Мохк живут потомки Керима и его племянника Гаги (сына брата Вези и Хапты - дочери Кунта-Хаджи), которые сохранили память о своих отцах, понимая, что именно в предках заложен корень их существования, истоки чести и совести.
Мовсур Ибрагимов, доктор исторических наук, профессорВ статье использованы сведения:- Сына Тушала Саид-Альви (жил в с. Марзой-мохк, умер в 1978 г. в возрасте 86 лет);
- Саид-Ахмада, внука Тушала, сына Ибрехима (умер в с. Марзой-Мохк в возрасте 84 лет в 1994 г.;
- Магомед-Яраги, внука Тушала, сына Дили (86 лет), живет в с. Марзой-мохк;
- Мусли, правнука Керима, сына Ибрехима (умер в с. Марзой-Мохк в возрасте 82 лет в 2000 г.
Литература:1. Исламан з1аьнарш, журнал №1-2(57-58) январь-июнь 2015 ш. аг1о 25. (Зори Ислама, духовно-просветительский журнал, Чеченская Республика)
2. Вайнахи и имперская власть: проблема Чечни и Ингушетии во внутренней политике России и СССР (начало XIX-середина XX вв.) М., 2001.С.46. № 4.
3. История Чечни с древнейших времен до наших дней Т.1.ГУП «Книжное издательство», г. Грозный 2008 г.С.707.
4. http://www.bankgorodov.ru/place/Marzoi-Mohk
5. Исламан з1аьнарш, журнал №1-2(57-58) январь-июнь 2015 ш. аг1о 25. (Зори Ислама, духовно-просветительский журнал, Чеченская Республика).
6. Там же с.24.7. Таллам (1илманан-дешаран тептар № 1) аг1о 88. Соьжа-г1ала 2009 ш.
8. Подвиг во имя Родины, Мовсур Ибрагимов, Ислам Хатуев, ФГУП «ИПК Грозненский рабочий» Грозный 2015, С.215-216;
9.Чечня: через круги ада (переселение и депортации чеченского народа) Муса Ибрагимов, Мовсур Ибрагимов, Москва – Саратов «Аквариус» 2003.С.15-17;
checheninfo.ru
