Исторические анахронизмы чеченской этнонимии: почему дуализм использования терминов «гӀажарий» и «ГӀажарийчоь» научно устарел?Вопросы исторической ономастики, лексикологии и этнонимии в чеченском языкознании всегда являлись важнейшим индикатором не только внутренних языковых процессов, но и глубинных геополитических, культурных и торгово-экономических векторов макрорегиона.
Чеченский язык в силу своей древности и уникального географического положения сохранил множество ценных исторических маркеров, каждый из которых отражает застывшую историческую эпоху.
Однако в XXI веке, в эпоху формирования строгих стандартов верификации данных и унификации терминологии, чеченская лексикография сталкивается со сложной внутренней дилеммой: консервацией устаревших лексических наименований, которые входят в прямое противоречие с объективной современной этнической и политической реальностью.
Наиболее показательным примером такого лингвистического анахронизма в чеченском языковом пространстве выступает собирательный термин «гӀажари / гӀажарий», традиционно применяемый одновременно к двум совершенно разным этнолингвистическим группам — персам и азербайджанцам, а также производный топоним «ГӀажарийчоь», до сих пор используемый для обозначения Ирана.
При этом в современном научном контексте чеченского языка для описания данной макрогруппы единственно верными и точными академическими понятиями являются «иранхойн къаьмнаш» (или иранхойн халкъаш — иранские народы) и «иранхойн меттанаш» (иранские языки), что создаёт очевидный понятийный разрыв со старой бытовой терминологией.
Для того чтобы понять глубину возникшего терминологического тупика, необходимо обратиться к генезису данных заимствований.
Историко-лингвистический анализ наглядно демонстрирует, что корень «каджар / къажар / гӀажар» изначально имел не строго этническую, а династийно-политическую природу.
Данное наименование восходит напрямую к огузскому тюркскому племени каджаров, представители которого основали великую шахскую династию Каджаров, правившую Ираном (Персидской империей) с конца XVIII века вплоть до первой четверти XX столетия (1925 год).
В этот период чеченское общество находилось в зоне активного и зачастую драматического взаимодействия с Каджарским государством, чья верховная власть распространялась как на исторические персидские провинции, так и на ханства Восточного Закавказья (территория современного Азербайджана).
По классическому закону лексического переноса (когда имя правящего монарха или господствующего клана экстраполируется внешними наблюдателями на всё подвластное ему население и территории), в чеченской среде стали называть «каджарами» всех жителей Персидской державы, а саму империю — ГӀажарийчоь (буквально: «Страна каджаров»).
Ввиду тюркского (азербайджанского) происхождения самой шахской династии и её теснейших связей с Закавказьем, возник уникальный лексический дуализм: в чеченской речевой среде слово гӀажарий закрепилось и за персами (как за государствообразующим этносом империи), и за азербайджанцами (как за прямыми этническими сородичами правящего дома).
Соответственно, и топоним ГӀажарийчоь стал прочно ассоциироваться со всей территорией Ирана.
В советский период, в эпоху активного государственного языкового строительства, данная просторечная народная модель была механически зафиксирована и канонизирована в академических изданиях.
Так, в главном нормативном наименовании — «Русско-чеченском словаре» А. Т. Карасаева и А. Г. Мациева (издание 1978 года) — в словарной статье к слову «перс» указывается единственный перевод: гӀажари.
Однако при внимательном анализе этого же фундаментального труда обнаруживается явное терминологическое противоречие.
В приложении географических названий в конце словаря авторы фиксируют совершенно иную, этимологически и политически точную модель: топоним «Персия» переводится как Перси, а «Персидский залив» — как Персин айма (демонстрируя строгое чеченское правило притяжательности для государств, аналогичное конструкциям Россин, Германин).
Авторы словаря, подчиняясь строгой логике грамматики, признали легитимность корня Перси-, официально дистанцируясь от бытового термина ГӀажарийчоь.
Более того, в чеченской религиозной, философской и просветительской литературе, а также в современных авторитетных переводах стабильно фиксируется грамматически безупречная, естественная форма «персой» (персаш), образованная при помощи традиционного суффикса -ой.
Этот маркер зафиксирован в официальных современных изданиях исламских памятников.
Например, в академическом издании «Исламан Элча Мухьаммад», выпущенном Научным комитетом под эгидой Управления делами Мечети аль-Харам и Мечети Пророка (Эр-Рияд, 2020 год), прямо употребляется конструкция в родительном падеже: «...Персойн паччахь а...» (персидский царь / царь персов).
Дополнительно на чеченском теологическом портале «Исламан серло» в исторических материалах используется название масштабного лекционного цикла «Персой мохк схьабаккхар» (Завоевание Персии / Земли персов), а при упоминании великого сподвижника Салмана аль-Фариси приводится изречение: «...персашна йукъара Салман».
Таким образом, мы видим глубокий разрыв между искусственно законсервированной нормой советских словарей и реальной современной речевой и лексикографической практикой.
Использование терминов «гӀажарий» и «ГӀажарийчоь» в XXI веке не просто некорректно, но и научно ошибочно по ряду фундаментальных причин:
1. Размытие этнической, лингвистической и политической идентичности.Персы принадлежат к индоевропейской языковой семье, в то время как азербайджанцы являются представителями тюркской (огузской) языковой группы.
Использование одного экзоэтнонима гӀажарий для обозначения двух полярных по культуре наций, а также подмена названия суверенного государства Иран архаизмом ГӀажарийчоь лишает современные чеченские тексты научной точности.
Это вступает в прямое противоречие с научно обоснованными понятиями «иранхойн къаьмнаш» (иранхойн халкъаш) и «иранхойн меттанаш», которые признаны единственно верными в чеченской науке для классификации всей этой языковой семьи, требуя аналогичной терминологической строгости и по отношению к конкретным этносам.
2. Смена поколений и живой речевой узус.Наблюдения за развитием современной чеченской речи наглядно демонстрируют, что молодое поколение носителей языка практически полностью отказалось от использования архаичных терминов гӀажарий и ГӀажарийчоь.
В молодёжной среде, активно включённой в глобальное информационное и образовательное пространство, данные понятия прочно заменены этнонимами множественного числа персой (парсой) и персаш, а также топонимом Иран.
Попытка искусственного удержания старой каджарской нормы в официальной письменной речи создаёт неестественный барьер между живым языком новой генерации и академическими текстами.
3. Хронологический анахронизм.Каджары — это лишь одна из многочисленных правящих династий в многотысячелетней истории Ирана.
Персидский этнос и государственность существовали задолго до появления племени каджаров на исторической арене (при Ахеменидах, Сасанидах, Сафавидах) и продолжили развиваться после падения династии в 1925 году.
Именовать древнее государство и его коренной индоевропейский народ именем одного конкретного тюркского племени позднего средневековья — это грубое нарушение принципа историзма.
4. Фиксация в национальной филологии и фольклоре.Ценность корня перс / пар подтверждается на уровне национальной филологии.
Известный чеченский исследователь и поэт Ахмад Сулейманов в своем монументальном труде «Топонимия Чечни» напрямую зафиксировал и использовал чеченскую форму этнонима — персаш.
На основе этого автор выдвинул оригинальную гипотезу о родстве данного этнонима со словом пар (в значении «щит», «защита»), интерпретируя его как «щитоносцы».
Наличие лексемы персаш в таком авторитетном труде доказывает, что этот корень глубоко укоренен в чеченском научном сознании.
Вывод: Современная чеченская академическая мысль должна развиваться в русле научной точности и последовательно избавляться от просторечных заимствований каджарской эпохи.
Исторические термины «гӀажарий» и «ГӀажарийчоь» имеют полное право оставаться в лексике как памятники лингвистических и геополитических контактов XVIII–XIX веков.
Однако в современном нормативном, научном и энциклопедическом обороте необходимо провести четкое терминологическое разграничение, опирающееся на современные лингвистические стандарты.
Согласно этой научно обоснованной системе, для обозначения этнолингвистических и гражданских понятий Ирана и Закавказья единственно верными признаются следующие современные варианты соответствий:
- Иранские народы — иранхойн къаьмнаш (иранхойн халкъаш)
- Иранские языки — иранхойн меттанаш
- Персы — персой (парсой)
- Азербайджанцы — азербайджанхой (кодифицировано в «Большом орфографическом словаре чеченского языка» 2023 года, стр. 22)
- Иранцы — иранхой
- Каджары — гӀажарий
Индоевропейский народ Ирана (входящий в иранхойн къаьмнаш) должен именоваться строго своим историческим этническим именем — персой / парсой (с производными географическими и притяжательными формами персойн / Персин), а его языковая ветвь — классифицироваться внутри иранхойн меттанаш.
Само государство должно обозначаться как Иран.В свою очередь, собирательное наименование всех граждан и жителей этого государства должно звучать как иранхой.
Тюркский же народ Восточного Закавказья должен именоваться своим официальным этнонимом — азербайджанхой, а историческое название гӀажарий должно быть выведено из широкого обихода и применяться исключительно к конкретному тюркскому племени и правившей шахской династии Каджаров.
Только такой системный подход обеспечит чеченскому языкознанию авторитет, научную строгость и точность на мировом академическом уровне.
Автор: З. М. МУСАЕВ
checheninfo.ru
