ЧЕЧНЯ. Политика выжженной земли. В ноябре 1860 года Чечня оказалась охвачена огнём карательных экспедиций царской армии. Генерал Баженов в докладе помощнику начальника Терской области генерал-майору Кемпферту лаконично констатировал: «Нынче с термоевцами окончил. Все аулы уничтожены. В Эти и места нельзя узнать, как хорошо разобрали». Эта фраза стала эпитафией целой эпохе — систематического уничтожения материального наследия чеченского народа. Мусса Кундухов, объезжая покинутые аулы, приказывал взрывать древние башни, служившие опорными пунктами сопротивления, сжигать дома до тла и уничтожать даже сено на самых недоступных горных вершинах.
Масштабы разрушения. Только на равнину было насильственно переселено 1218 беноевцев — жителей одного из древнейших чеченских обществ. Солдаты угоняли скот, вывозили хлеб и домашний скарб в царские крепости, а затем методично сравнивали с землёй всё, что оставалось после выселения. «Все постройки, как в аулах, так и хуторах, сожжены до основания, – докладывал Кундухов, – сено не только в аулах, но даже на самых вершинах гор истреблено огнём, чему жители сами удивлялись, увидев, что в неприступных трущобах и на высотах сено горело». Эти строки из архивных документов (ОРФ СОИГСИ. Ф.33. Оп.1. Д.1. Л.11,15) свидетельствуют о беспрецедентной тщательности уничтожения.
Цена сопротивления. Начиная с ноября 1860 года и в течение многих последующих месяцев вся Чечня находилась в огне. Население насильно выселялось с исторических мест обитания и переселялось в равнинные зоны, полностью контролируемые царскими войсками. Лишённые средств к существованию, горцы продолжали сопротивляться, но, как отмечалось в исторических источниках, «в результате многолетней войны людские ресурсы оказались на исходе». Уничтожение башен имело не только военное, но и символическое значение — разрушая каменные стражи предков, власть стремилась сломить дух народа, стереть память о тысячелетней истории горного зодчества.
Наследие в пепле. История народов Горской республики, как писали авторы исторического очерка 1921 года, «больше всего полна войной». Для горцев Кавказа эти слова обрели трагический смысл: «Жить — значит воевать». Но война велась не только за территорию — она велась за память. Уничтожая башни, дома и хлебные запасы, царская администрация пыталась стереть саму возможность возвращения к прежней жизни. Однако пепел не смог уничтожить память — устные предания, семейные хроники и архивные документы сохранили правду о тех днях, напоминая потомкам: наследие народа измеряется не только камнем, но и стойкостью духа, пережившей даже самые тёмные времена.
Л.ГудаевПо мотивам исторического очерка «Автономная Горская Социалистическая Республика», 1921.
checheninfo.ru
