ДАЙДЖЕСТ: |
В Кабардино-Балкарии, по примеру других северокавказских республик, создана Комиссия по оказанию содействия в адаптации к мирной жизни лицам, принявшим решение о прекращении террористической и экстремистской деятельности. Комиссия по помилованию, как её чаще называют люди.
Члены комиссии полномочны оказывать юридическую помощь, содействовать в решении жилищных и бытовых вопросов, трудоустроить, оказать материальную, медицинскую, психологическую помощь лицам, решившим «выйти из леса». Не исключается возможность оказания содействия выезду на постоянное место жительства за пределы Кабардино-Балкарии. Однако обещание простить и помочь людям, взявшим в руки оружие, вызывает в обществе неоднозначное отношение.
«Беспредела не будет»
Отметим, это не первая попытка главы КБР Арсена Канокова покончить с убийствами и террористическими вылазками в республике. Он делал неоднократные обращения к оппозиции с призывами сложить оружие и вернуться к мирной жизни. В мае прошлого года Арсен Каноков, на встрече с жителями Эльбрусского района, призвал родителей повлиять на своих сыновей, которые находятся в розыске и подозреваются в причастности к террористической деятельности и вернуться к мирной жизни.
Ещё раньше — в феврале на встрече в городе Баксане Арсен Каноков твёрдо пообещал, что в случае добровольной явки в правоохранительные органы, он гарантирует гласное объективное расследование и справедливый суд. «Мы организуем своеобразный «коридор», которым могут воспользоваться все, кто одумался. Я гарантирую, что «беспредела» в их отношении не будет. Мы сделаем всё, чтобы в случае добровольной сдачи расследование проходило в рамках закона», — говорил он тогда.
Однако на встрече с родителями погибших полицейских в феврале этого года Арсен Каноков, кажется, немного изменил свою позицию по отношению к представителям вооружённой оппозиции от снисходительности до гнева. Он отметил, наряду с демократическими процессами, становлением гражданского общества, экономическими преобразованиями, республика столкнулись со всплеском экстремизма и терроризма. «Идеология насилия, окрашенная в религиозные оттенки, овладела головами некоторой части молодёжи, пустила корни в республике. Как бы ни называли происходящее в республике отдельные деятели, мы имеем дело с бандитами, а не с повстанцами и не борцами за справедливость. Они хорошо вооружены и законспирированы, имеют пособническую базу. При всём этом у меня нет сомнений, что мы искореним зло, и будущие поколения будут жить в очищенном от зла здоровом обществе», — сказал он.
«Счастливый» случай
Слова главы республики оказались пророческими. В марте этого года после ряда операций российских силовиков подполье оказалось обезглавленным. По сообщению НАК, в ходе спецоперации в Чегемском районе 12 марта был убит главарь юго-западного сектора Арслан Геграев. А несколькими днями позже, 27 марта в Нальчике в ходе спецоперации был убит, по выражению силовиков, «один из одиозных главарей банд подполья на территории Северного Кавказа, Алим Занкишиев, известный как «Убайда». Казалось бы, вот он благополучный момент для тех, кто не запятнал себя кровью, может раскаяться и обратиться в комиссию за помилованием. Однако ничего не произошло.
В чём же причина непопулярности республиканской комиссии. Ведь аналогичные органы созданы и в других субъектах Северного Кавказа. К примеру, в Дагестане она функционирует менее двух лет. За это время по состоянию на 4 января 2012 года с повинной явились около 50 участников вооружённого подполья, всего было рассмотрено более 60 дел, а адаптировано более 40 боевиков.
«Я задаюсь вопросом, почему на протяжении более двух месяцев мы никаких конкретных результатов не видим. Не хотелось бы, чтобы комиссия осталась только на бумаге. Мы одними из первых начали публично говорить о необходимости создания подобного органа, в том числе на встречах с главой республики. Я считаю, что её деятельность должна быть публичной, в её состав должны были войти уважаемые, пользующиеся авторитетом в обществе люди, не важно, какого они социального статуса и положения. Это должны быть люди, которые говорят на понятном молодым людям языке. Но, к сожалению, это условие не выполнено. За два с лишним месяца можно было в присутствии СМИ рассказать о том, что они будут делать, какие условия решившимся легализоваться они предлагают. Но этого нет. Члены комиссии должны вести публичную работу, надо встречаться с людьми, обсуждать даже самые нелицеприятные вопросы, убеждать, что они берут на себя ответственность за молодых людей, что они выполнят свои полномочия. Я точно знаю, что обращения в комиссию уже были, в том числе и от нас, с просьбами, решение которых находится в компетенции комиссии. Можно было рассказать о них», — считает руководитель Кабардино-Балкарского правозащитного центра Валерий Хатажуков.
На самом деле работа комиссии окутана тайной. Возглавил её секретарь Совета по экономической и общественной безопасности КБР Руслан Ешугаов. Было уже два заседания, на первом обсуждались правовые, технические аспекты работы. А 28 февраля члены Комиссии встречались с представительницами общественной организации «Матери Кабардино-Балкарии в защиту прав и свобод граждан».
«В ходе обсуждения ситуации, связанной с противодействием экстремистским и террористическим проявлениям, матери высказали предложения о возможных способах разрешения вооружённого противостояния, необходимости объединения усилий всех заинтересованных сторон, особенно в части вывода из подполья молодых людей, готовых прекратить противоправную деятельность. Достигнута договорённость о взаимодействии в решении задач, стоящих перед Комиссией», — сообщается на официальном сайте совета по экономической безопасности КБР.
Говорить о проделанной за два месяца работе члены комиссии, к которым я обратилась, отказались: один сослался на занятость, а другой изобразил удивление и ответил, что сам не в курсе, что его ввели в эту комиссию. Но их можно понять; несмотря на операции, проведённые силовиками, ситуация в республике остаётся тревожной.
«Общество не знает, чем занимается комиссия. Если её работа не будет публичной, а, наоборот, она будет пользоваться методами спецслужб, — ничего путного из этого не выйдет. Они только скомпрометируют себя и затруднят и без того очень сложную ситуацию. Я нахожусь в гуще событий, постоянно встречаюсь с людьми. Сейчас отношение к комиссии, скажем прямо, ироничное. Она должна быть доступной, а не располагаться в здании правительства республики, куда без специального пропуска никто не сможет войти», — говорит правозащитник Валерий Хатажуков.
Некуда идти?
«Не скажу, что комиссия создана вовремя, республика давно нуждалась в подобном органе. Как говорится, лучше поздно, чем никогда. К работе комиссии надо привлечь религиозных деятелей, чтобы они проводили разъяснительную работу с молодыми людьми. Надеюсь, очередной призыв властей вернуться к мирной жизни будет услышан. Но, на мой взгляд, гораздо важнее устранить ситуации, из-за которой молодые люди вынуждены „уходить в лес“», — считает молодой мусульманин Расул.
На самом деле возвращаться-то раскаявшимся, по большому счёту, некуда. Перейдя на легальное положение, молодой человек вновь попадёт в реальность, от которой он в своё время бежал: коррупция, несправедливость, безработица, беспредел силовых структур. Нет никаких гарантий, что завтра он не будет вновь задержан или убит во время очередной операции.
Кабардино-Балкария, несмотря на оптимистичные отчёты властей, остаётся одной из неблагополучных республик. По данным госкомстата республики, в прошлом году зарегистрировано более 40 тысяч безработных. По информации заместителя министра экономики и торговли республики Ольги Белецкой, озвученной на пленарном заседании Общественно палаты республики, в 2011 году из республики уехало более трёх тысяч человек. Около 70% выбывших — люди экономически активного возраста. «Причины миграции: отсутствие безопасности, низкая заработная плата, безработица, жилищные проблемы. Получается замкнутые круг: с одной стороны, миграция является следствием неблагополучной социально-экономической ситуации в республике, а с другой стороны, отток наиболее образованной и активной части населения ведёт к ухудшению качества трудового потенциала республики», — отметила она.
«Если подключить все ресурсы, все силы общества, и создать прецедент, показать, что люди возвращаются к мирной жизни, тогда можно было бы ситуацию переломить. В Дагестане и Ингушетии аналогичные комиссии работают в полную силу, есть хорошие результаты. Можно ориентироваться на них. Между социально-экономическим развитием Дагестана и Кабардино-Балкарии особой разницы нет. Если в Дагестане, несмотря на ту же безработицу и социальную несправедливость молодые люди легализуются, то экономические вопросы не должны стать тормозом», — считает Валерий Хатажуков.
Кого миловать?
Однако в республике есть противники амнистии, заявляющие об этом публично. 8 февраля этого года в Нальчике при поддержке властей состоялся митинг против экстремизма и терроризма. Один из его организаторов — Суфадин Шебзухов, сын которого был убит бандитами, отметил, что цель мероприятия одна — установить мир в республике, прекратить террористические и экстремистские вылазки. «Больше нам ничего не надо. Мы хотим сохранить наш генофонд, сейчас идёт истребление целого поколения молодёжи, идёт братоубийственная необъявленная война. Погибает лучшая часть молодёжи, ситуация выходит из под контроля», — отметил он.
Говоря о комиссии по помилованию, пожилой мужчина не скрывает, что нужен дифференцированный подход к проблеме. «Кого миловать? Это очень тонкий вопрос. Предложения выйти из „леса“ были сделаны неоднократно, предлагались очень приемлемые условия. Но я не знаю, чтобы хоть один человек их принял. Это говорит о том, что они уверены, что их не найдут, не вычислят. Бандиты, погрязшие по уши в крови, знают, что их ожидает. А если помилуют их, как они будут ходить по улицам города? Будут ухмыляться осиротевшим детям и старикам? К этому вопросу надо подходить дифференцировано. Конечно же, есть заблудшие, кого обманули, они же молодые. Они убили моего единственного сына, но всё равно я думаю, что, по возможности, заблудшим надо помочь. Если мы сможем спасти хотя бы одного человека, это уже очень много значит», — отметил отец убитого полицейского Суфадин Шибзухов.
Но женщины — матери убитых полицейских высказывались более решительно.
«Мы против реабилитации тех, кто из-за угла убивает наших детей. Терроризм нужно только искоренять. Надо строго и решительно подойти к этому вопросу, эта зараза уже окутала нашу молодёжь».
«Наших молодых привлекают деньгами. Это ужасно, что у нас происходит в республике. Отсутствие работы влияет на всю обстановку, после учёбы молодёжь не может себя реализовать. Они остаются никому не нужными».
«На протяжении шести лет мы живём в условиях гражданской войны, гибнут мирные люди. Общество раскололось. Что делать? Этот вопрос не даёт нам покоя. Обстановка в республике раскалена до предела».
«Мы по разные стороны — виноваты матери; они знают, куда их дети ходят».
«На крови наших детей делают деньги. Где должна быть вера — в сердце. Для этого не надо никого убивать. Мы против этой амнистии».
«Какое это мусульманство, когда убивают просто за ношение формы. Что они выиграли, убив моего племянника?».
«Мы хотим услышать ответ от властей, почему в мирное время гибнут наши дети. Почему они бездействуют. Я не понимаю, что за война сейчас идёт в республике. До каких пор братья будут убивать братьев? Когда всё это остановится, до какой жизни мы дошли, о каком хабзэ (всеобъемлющий этический кодекс поведения адыгов. Считается одним из самых основных признаков адыгского этнического самосознания) мы можем говорить в такой ситуации?», – сокрушается Шибзухов.
«Многие из вас поставили на кон свою жизнь ради комфорта своих родных. Нет смысла прикрываться религиозными лозунгами, Священной Книгой. Но вы должны осознать, что богатство, добытое на крови и слезах, принесёт только презрение и ненависть. Вы внесли семена раздора в наше общество, уже сегодня появились сироты, которые готовят себя к войне», — говорили убитые горем матери и жёны, потерявших своих близких. По понятным причинам их имена называть не буду.
За два с небольшим месяца, прошедших со дня создания комиссии, в результате спецопераций в Кабардино-Балкарии погибло больше 30 человек, в том числе двое гражданских, шесть сотрудников правоохранительных органов и 24 человека, причастных, по выражению силовиков, к вооружённому подполью. Кто знает, если бы комиссия по адаптации заработала в полную силу, и состоялось хотя бы одно публичное помилование не запятнавшего себя кровью молодого человека, может кому-то из этих парней удалось бы сохранить жизнь.
автор: Залина Арсланова
![]() |
Копыркин: полноценное участие Армении в работе ОДКБ отвечает интересам армянского народа
Посол: Москва не отказывалась от своей роли на переговорах Баку и Еревана
Захарова Пашиняну по вопросу ОДКБ: Игра словами может не довести до добра
Utair опровергла фейк о посадке на недостроенную полосу в Грозном
РОСТОВ. «Союзмультфильм» наказал бизнесмена из Ростовской области из-за Чебурашки
РОСТОВ. В Ростове-на-Дону родился ребенок после прерванной беременности
СЕВАСТОПОЛЬ. Леса Севастополя решили закрыть до конца сентября