Вызовы кавказофобии и нетерпимости

Илья Росляков

Миграция и нетерпимость

Напряжённость межэтнических отношений и нетерпимость по отношению к мигрантам со стороны части русского населения обсуждаются давно. После националистических выступлений в Москве в декабре 2010 г. Общественная палата инициировала социологическое исследование, чтобы определить, с чем связана нетерпимость и каков протестный потенциал молодёжи больших городов.

Оказалось, что, несмотря на неприятие экстремистских методов (76% опрошенных осудили деятельность скинхедов), в обществе налицо кавказофобские настроения: 39% опрошенных заявили об отрицательных чувствах по отношению к кавказцам и 26% – о том, что от России следует отделить Северный Кавказ. Ещё 14%, которые не выразили четкой позиции, в основном поддержали идею отделения Северного Кавказа, но сомневались в действенности подобной меры: «Если это будет способствовать тому, чтобы их здесь больше не было, то следует. А если они здесь все останутся, то не следует».

Авторы отчёта с удивлением констатируют: «никто из участников опроса не высказался в том духе, что на Кавказе живут «братские народы», а отделение Кавказа – это разрушение единой российской нации».

Примерно в тот же период был проведён опрос «Левада-Центра». По данным этого опроса, 41% россиян считают, что было бы неплохо в разумных пределах осуществить лозунг «Россия для русских!». 19% граждан открыто поддерживают запрещенный лозунг и считают, что «его давно пора осуществить». Комментируя эти данные, завсектором изучения ксенофобий и предупреждения экстремизма Института социологии РАН Владимир Мукомель заявил, что рост националистических настроений и ксенофобии — тенденция всех 2000-х годов.

В ноябре 2011 г. Фонд «Общественное мнение» опубликовал данные опроса, согласно которым призыв «Россия для русских» поддерживают 44% опрошенных, призыв «Хватит кормить Кавказ» – 49%. В феврале 2012 г. по заказу Высшей школы экономики Фонд провёл ещё один более широкий опрос – в нём приняли участие 24.5 тысячи человек. Против мигрантов выступили 39 процентов респондентов. Здесь лозунг «Россия — для русских» поддержали всего 10 процентов опрошенных, однако отмечалась «широкая прослойка опрошенных, которая считает, что русские должны иметь некие преференции».

А в середине апреля ВШЭ провела международную конференцию «Миграция в принимающих странах: культурный контекст, социальные ограничения и политические последствия». На ней были озвучено, что, по результатам исследований,60 % россиян испытывают неприязнь к кавказцам, 51 % – к китайцам, около 40 % – к среднеазиатам, 28 % –к евреям, 12% – к белорусам, 68 % жителей страны в принципе ощущают недружеские чувства к людям иной национальности. Образы мигранта, сложившиеся у молодых россиян, таковы: «человек в оранжевой жилетке», «человек с кучей сумок», «человек, покупающий батон», «человек без мозгов», «человек, имеющий дурной запах», «человек, вызывающий страх».

По данным опроса ИД «Курьер-медиа», две трети петербуржцев вообще не хотят видеть мигрантов в городе. Основные претензии горожан к мигрантам: «они занимают наши рабочие места», «среди них много больных» и «среди них много преступников».

В части общества появилась странная для России идея «мононационального государства». Об этом заявляют так называемые националисты. А среди читателей сайта «Росбалт» и вовсе большая часть предпочитает жизнь в «мононациональном государстве» жизни в «многонациональном» (43% против 27%).

Сложилась ситуация, которая является для нашей страны взрывоопасной, критической. Не без помощи некоторых политиков, эксплуатирующих тему этнической напряжённости, использующих разделение на «мы» и «они», на представителей других этносов многие стали смотреть как на основной источник проблем в стране. Это, в свою очередь, способствует росту этнического радикализма и религиозного фундаментализма в национальных республиках.

Где же корни нетерпимого отношения к мигрантам и вызываемой им напряжённости?

Как взаимодействуют культуры?

Говоря о мигрантах, психологи используют понятие аккультурации, то есть взаимодействия культур. Процессу аккультурации подвергаются обе группы, вступающие в контакт, хотя этнические меньши?нства испытывают более значительное влияние со стороны этнического большинства, нежели наоборот. Наиболее распространена модель аккультурации Берри, которая отвечает на 2 вопроса:

Насколько важно для личности сохранение национальной культуры?

Насколько личность склонна включаться в иную культуру или оставаться среди своих?

В результате Берри выделяет 4 стратегии аккультурации мигрантов в новой культурной среде: ассимиляция, интеграция, сепарация, маргинализация.

Ассимиляция. Личность полностью принимает ценности новой среды. И одновременно полностью отказывается от культуры этнического меньшинства, к которому принадлежит. Теряет прежнюю этническую идентичность и идентифицирует себя с новой культурой.

Интеграция. Личность стремится сохранить основные культурные характеристики, но при этом индивид принимает основные ценности и образцы поведения новой культуры и устанавливает прочные связи с ее представителями.

Сепарация. Личность полностью сохраняет свою этническую идентичность, отвергая любые контакты и отношения с представителями новой среды.

Маргинализация. Личность отвергает свою собственную культуру (зачастую вынужденно, под воздействием принимающей среды), но в то же время так и не принимает новой, в основном из-за нетерпимости и дискриминации.

Оптимальной считается стратегия интеграции – в этом случае издержки миграции наименьшие.

То, какую именно стратегию выберет личность, зависит от ориентаций принимающего общества, которых Берри выделяет также четыре:

Плавильный котел. Здесь предполагается полное смешение этнических групп и формирование в конечном итоге новой этнической общности. Эта ориентация характерна для США. Она способствует стратегии ассимиляции.

Мультикультурализм. Это ориентированность «этнического большинства» на выстраивание связей с «этническим меньшинством». Низкий уровень предубеждений и дискриминации, позитивные установки по отношению к другим этническим группам, толерантность. Это способствует стратегии интеграции.

Сегрегация. Это установка на ограничение контактов между «этническим большинством» и «этническим меньшинством». Ведёт к стратегии сепарации.

Исключение. Связано с неприятием «этническим большинством» «этнического меньшинства» и ведёт к стратегии маргинализации.

Как обеспечить мир между народами?

Руководитель лаборатории этнической социологии и психологии НИИ комплексных социальных исследований Зинаида Сикевич считает, что сегодня «часть диаспор (чаще северокавказских, а не закавказских) выбирают стратегию сепарации, т.е. культурной замкнутости». Кстати, упомянутое исследование по заказу Общественной палаты выявило сильную связь негативного отношения к иноэтническим группам именно с обособленностью этих групп.

Сикевич также отмечает, что это тот фактор, который совершенно «не работал» в советское время: «религиозная принадлежность не играла почти никакой роли в межэтнических отношениях», «т.к. тогда, условно говоря, все были атеистами». Она вспоминает «некогда популярный советский фильм «Свинарка и пастух» с Мариной Ладыниной в главной роли, где чабан с кавказских гор в финале женится на русской колхознице, и все родственники это воспринимают как нечто вполне естественное. Это не «агитка», а реальность так называемого советского интернационализма, который, если не принимать во внимание его идеологическое содержание, был куда успешнее европейского мулькультурализма».

Советский интернационализм, это, действительно, необычное явление – не мультикультурализм, не сегрегация и не исключение, но и не плавильный котёл – ведь был принцип самоопределения наций, поддерживалась национальная культура, была введена письменность для многих народов, которые её не имели.

Весьма схоже с Сикевич высказывался и премьер-министр Путин, когда на Госсовете обсуждалась национальная политика в связи с прошедшими событиями на Манежной площади.

«В СССР не было таких проблем с межнациональными отношениями. Советской власти удалось создать обстановку межэтнического мира, не было таких проблем, где бы мы ни жили, – выступал Путин. – СССР удалось создать некую субстанцию, которая оказалась над межнациональными и межконфессиональными отношениями. К сожалению, она носила идеологический характер, это была социалистическая идея».

Действительно, общая идея была основой и живой тканью межнационального мира в СССР. Сегодня Сикевич не хочет это «принимать во внимание», а Путин сожалеет об этом. Прежнюю идею он предлагает заменить на «общероссийский патриотизм», и при этом «отличать тех, кто интересуется русской культурой и языком, от тех, кто спекулирует на патриотических чувствах в собственных интересах».

Пока эта идеальная картина далека от воплощения практике. А правительство иногда принимало странные меры в области национальной политики.

Так, в августе 2011 г. «Независимая газета» сообщала, что готовится законопроект «о масштабной замене терминологии, используемой в сфере межнациональных отношений». Предлагается использовать слово «национальный» только в отношении всего российского государства. Ранее это слово применялось к взаимоотношениям между различными этническими группами. И теперь решено называть их «народами и иными этническими общностями», и везде, где это нужно, слова «национальный» и «межнациональный» заменить на термины «этнический» и «межэтнический».

Это можно воспринять только как желание строить единую нацию в масштабах страны. Но как это сочетается с разговорами о многонациональном обществе, объединённом «общероссийским патриотизмом»? Более внятная позиция была озвучена Путиным в своей предвыборной статье под названием «Россия: национальный вопрос».

В ней сделан ключевой политический акцент – понятие «нация» заменяется понятием «цивилизация». Цивилизационный характер российского государства в противовес национальному продекларирован предельно отчётливо: «Самоопределение русского народа – это полиэтническая цивилизация, скрепленная русским культурным ядром. И этот выбор русский народ подтверждал раз за разом – и не на плебисцитах и референдумах, а кровью. Всей своей тысячелетней историей… Русский народ является государствообразующим. Великая миссия русских – объединять, скреплять цивилизацию».

В таком типе государства-цивилизации «нет «нацменов», а принцип распознания «свой–чужой» определяется общей культурой и общими ценностями». Путин подчёркивает необходимость  «нахождения общих для всех ценностей».

Возвращаясь к классификации Берри, отмечу – если мы говорим о единой культуре, то это уже не мультикультурализм. И не об интеграции следует говорить в отношении народов нашей Родины, а о единстве, неразрывном союзе. Нет сомнений, что, лишь объединившись вокруг общих ценностей, и, если ещё точнее, общих идеалов, народы нашей страны смогут жить в подлинной солидарности и согласии.

Сможет ли приблизиться к этому избранный президент – покажет время. Пока он пытается предпринимать шаги по снижению нелегальной миграции, которая играет ключевую роль в подогреве нетерпимости. Через 3 дня после публикации предвыборной статьи он предложил установить уголовную ответственность для тех, кто нанимает на работу нелегальных мигрантов и организует для них «общаги и ночлежки». Он напомнил, что сегодня эти нарушения наказываются символическими штрафами.

checheninfo.ru