Восстановление ЧИАССР (1956-1958 ГОДЫ).

В соответствии с этим Указом Президиум Верховного Совета РСФСР в тот же день издал свой Указ «О восстановлении Чечено-Ингушской АССР с центром в городе Грозном». В тот же день без права публикации был издан Указ Президиума Верховного Совета РСФСР «О восстановлении Чечено-Ингушской АССР и упразднении Грозненской области».

Если первый документ носил политико-правовой и пропагандистский характер, то второй, недоступный для широкого ознакомления скорее в силу его политической уязвимости из-за сложных территориальных проблем, носил государственно-правовой, юридический характер.

В состав Чечено-Ингушской АССР, в соответствии с решениями высших органов КПСС и Советского государства, были включены:

из Грозненской области – город Грозный и районы: Грозненский, Гудермесский, Каргалинский, Красноармейский, Междуреченский, Надтеречный, Новосельский, Наурский, Советский, Сунженский и Шелковский;

из Дагестанской АССР – Андалалский, Веденский, Ритлябский, Шурагатский и западная часть Ботлихского и Цумадинского районов (в границах бывших Чеберлоевского и Шароевского районов);

из Северо-Осетинской АССР – город Малгобек с пригородной зоной, Коста-Хетагуровский район и северо-восточная часть Правобережного района (в границах бывшего Ачалукского района).

Президиуму Верховного Совета Северо-Осетинской АССР и Организационному комитету по Чечено-Ингушской АССР было поручено внести на утверждение Президиума Верховного Совета РСФСР описание границы между Северо-Осетинской АССР и Чечено-Ингушской АССР с учетом упразднения территориальной разобщенности Моздокского района с основной территорией Северо-Осетинской АССР.

Грозненская область формально и фактически была упразднена. Караногайский, Кизлярский, Крайновский, Тарумовский районы и город Кизляр были переданы в состав Дагестанской АССР, а Ачикулакский и Каясулинский районы – в состав Ставропольского края[42].

9 января 1957 года Указом Президиума Верховного Совета РСФСР «Об утверждении Организационного Комитета по Чечено-Ингушской АССР» председателем этого временного рабочего был назначен Гайрбеков Муслим Гайрбекович.

16 января 1957 года состоялся IY пленум Грозненского обкома КПСС, на котором в соответствии с решениями Президиума ЦК КПСС была увеличена численность бюро обкома партии до 11 человек. В его состав дополнительно были введены М. Г. Гайрбеков [43] — председатель Оргкомитета по ЧИАССР, а также Ш. С. Сагаев и Г. Я. Черкевич [44], избранные на этом же пленуме секретарями областного комитета партии.

И М. Гайрбеков, и Ш. Сагаев, и Г. Черкевич, утвержденные членами высшего в то время республиканского (областного) коллегиального рабочего партийного органа, знали друг друга неплохо по совместной работе в органах власти Чечено-Ингушской АССР еще в годы Великой Отечественной войны. Г. Я. Черкевич в то время был уполномоченным КПК при ЦК ВКП(б) по Чечено-Ингушской АССР, а в 1956 году – инструктором отдела партийных органов ЦК КПСС по РСФСР[45].

21 января 1957 года Оргкомитет ЧИАССР и бюро Чечено-Ингушского обкома КПСС обратились в Бюро ЦК КПСС по РСФСР и Президиум Верховного Совета РСФСР с предложениями о новом административно-территориальном делении ЧИАССР, в результате чего было образовано 17 районов. Сокращение их численности (по сравнению с 1944 г.) произошло за счет укрупнения сельских районов. В частности, Советский район был создан в границах бывшего Шатоевского района ЧИАССР с присоединением к нему территории бывших Чеберлоевского, Шароевского и Итум-Калинского районов.

Пригородный район не был возвращен под юрисдикцию Чечено-Ингушской АССР. Настойчивые просьбы, требования ингушского народа в лице его представителей, руководства Оргкомитета по ЧИАССР были проигнорированы. Хотя уже в то время были основания для тревожных прогнозов о том, что эта серьёзная регионально-территориальная проблема может посеять семена раздора между двумя горскими народами-соседями, а впоследствии — стать причиной межнациональной вражды, руководство страны мало что сделало, чтобы изначально найти приемлемый для всех сторон компромисс. Вместе с тем, нам представляется, что принятое решение, хотя и волевое, не было целенаправленным или преднамеренным анти-ингушским или проосетинским. Власть, прежде всего центральная – союзная, а вслед за ней и местная, пожинали плоды изначально циничной, преступной и антинародной политики национально-государственного строительства Сталина на Северном Кавказе. Невозможно поверить, что Н. Хрущев и его ближайшее окружение не осозновали этого. Иначе вряд ли осмелились бы разоблачить, может быть и не до конца, культ личности Иосифа Виссарионовича и его последствия, хотя главная задача всей этой не совсем публичной кампании состояла в том, чтобы удержаться у власти, не упустить её. Была наивная вера, что, как и ранее, как и всегда, власть сможет управлять указующим перстом. Именно эта близорукость, имманентно присущая власти, конструкция которой не имеет прочного фундамента и легитимных средств и методов разрешения возникающих проблем, и способствовала принятию известного вердикта по Пригородному району. А ингуши и осетины оказались разменной монетой в этой близорукой политике.

В целом же территория Чечено-Ингушетии по сравнению с 1944 годом в процессе восстановления автономии за счет включения в ее состав современной территории Шелковского и Наурского районов увеличилась на 5 тысяч кв. километров и составила 19,3 тыс. кв. км. Но приращение территории за счет указанных районов произошло не в качестве компенсации уступки территории Пригородного района, а для установления необходимого для партийных органов баланса национального состава [46], или, говоря иначе, для создания интернациональной республики [47]. Все остальное – социо-культурное, хозяйственно-экономическое — в данном контексте имело соподчиненное значение.

11 февраля 1957 года, выступая с докладом «Об утверждении Указов Президиума Верховного Совета СССР» на шестой сессии Верховного Совета СССР (четвертого созыва) Секретарь Президиума Верховного Совета СССР депутат А. Ф. Горкин, отметив значение решений XX-го съезда КПСС в преодолении фактов грубого нарушения основных принципов ленинской национальной политики, допущенных в прошлом и выразившихся в необоснованном выселении целых народов и установлении для них ряда ограничений в местах нового поселения, заявил, что ЦК КПСС и Правительство СССР осуществили меры по их реабилитации[48]. «Президиум Верховного Совета, — сказал он, — рассматривая вопрос о положении балкарского, чеченского, ингушского, калмыцкого, карачаевского народов, принял во внимание из законные пожелания и просьбы и решил полностью исправить допущенную в отношении этих народов несправедливость, восстановить их национальную автономию и тем самым обеспечить создание должных условий для всестороннего развития экономики и культуры этих национальностей» [49].

читать дальше 

checheninfo.ru