| ДАЙДЖЕСТ: |
Диахроническое осмысление и построение общей теории грамматических классов естественно предполагает рассмотрение истории разделения имен на классы в контексте культурно-исторического и этнокультурного развития носителей дагестанско-нахских языков, закономерностей социального развития общества, взаимосвязи языка и мышления. Являясь продуктом социальной деятельности человеческого коллектива, восприятия и осмысления действительности коллективного существования и развития коллективного мышления, язык, а тем более большая группа близкородственных и родственных языков, не менее информативен для воссоздания древней истории его носителей, чем их материальная культура. При строгом следовании методике сравнительно-сопоставительного анализа языковых данных мы вправе рассчитывать на подтверждение или поддержку обобщений и выводов по данным языков результатами исследований древней истории по сохранившимся в земле остаткам материальной культуры, реликтам духовной культуры и другой информации.
Разделение имен на классы в дагестанско-нахских языках выражается семасиологически: [кто?] — [что?] и морфологически: специальными классификаторами. Классификаторы эти в дагестанско-нахских языках одни и те же: v- , j-, b-, r/d. Содержание бинарной оппозиции [кто?], [что?] понимается одинаково носителями всех дагестанско-нахских языков:
[кто?] – человек,
[что?] – все остальное.
Так его понимают носители всех иберийско-кавказских языков. Морфологическое разделение имен на классы представлено большим многообразием организаций четырехклассных, трехклассных, двухклассных [А.С. Чикобава], есть организации и одноклассные.
Бинарной оппозиции семасиологического разделения имен соответствует бинарная оппозиция их морфологического разделения в ряде двухклассных организаций множественного числа, являющихся организациями позднего образования. В остальных организациях это соответствие весьма приближенное, а в значительном большинстве четырехклассных организаций, представляющих архаичные структуры организаций морфологического разделения имен на классы, это соответствие далеко не бесспорно хотя бы потому, что четырехклассные организации и трехклассные организации типа ГКv – ГКj – ГКb включают два (и даже три) класса названий [кто?]: в них отдельный классификатор для названий мужчин и мифологических персонажей, представляемых в облике мужчины, и отдельный классификатор для названий женщин, не всегда дифференцированных по классификатору от названий [что?]. Классификаторы эти в аваро-андо-цезских и нахских языках понимаются классификатором [мужчины] и классификатором [женщины] соответственно и разделение имен [кто?] на классы понимается ориентированным на биологический пол. Классификатора названий [человек] в этих организациях нет. В организациях даргинского, лакского, языков лезгинской группы есть самостоятельный классификатор [мужчины], понимаемый ориентированным на биологический пол, но нет классификатора [женщины]. В большинстве организаций множественного числа дагестанско-нахских языков представлен классификатор названий [человек], но в них нет ни классификатора названий [мужчины], ни классификатора названий [женщины]. Классификаторы названий [мужчины] и названий [женщины], представляющие разделение имен [кто?] по биологическому полу, и классификатор названий [человек ( в совокупности его общественных отношений)] не могут рассматриваться фактами одного уровня.
Организации разделения имен на классы дагестанско-нахских языков представляют две группы.
Одна группа – организации, имеющие классификатор v- . В этой группе все организации единственного числа и организация множественного числа в андийском. В аваро-андо-цезских и нахских языках их структуры укладываются в четырехчленную структуру ГКv — ГКj — ГКb — ГКr/d; в даргинском, лакском и языках лезгинской группы – в трехчленную структуру ГКv — ГКb — ГКr/d. Отличительная особенность классификатора v- — строгая регламентированность его использования во всех дагестанско-нахских языках названиями [мужчины и отдельные мифологические персонажи, представляемые в облике мужчины].
Другая группа – организации, не имеющие классификатора v-. В этой группе все организации множественного числа, за исключением организации в андийском. В аваро-андо-цезских и нахских языках их структуры укладываются в трехчленную структуру ГКb — ГКj — ГКr/d; в даргинском, лакском и языках лезгинской группы – в двухчленную структуру ГКb — ГКr/d.
Организации первой и второй группы автономны во всех (за исключением андийского) дагестанско-нахских языках.
Организации структуры ГКv — ГКj — ГКb первой группы представляются практически застывшими.
Квалифицировать одноклассные организации свидетельством затухания категории грамматических классов невозможно. Во-первых, единственный в них классификатор при именах в форме множественного числа в классных словах говорящими воспринимается живым переменным показателем, подобно другим показателям при этих именах в форме единственного числа; во-вторых, двухклассная ГКr — ГКb организация множественного числа в ботлихском воспринимается разделением имен на названия живого (одушевленного) и названия неживого (неодушевленного). Это при понимании семасиологического разделения [кто?] – человек, [что?] – все остальное. Двухклассная организация ГКr — ГКb множественного числа в ботлихском восходит к одноклассной организации аварского типа с классификатором r- при всех именах в форме множественного числа.
Грамматические классы в дагестанско-нахских языках – категория, постоянно самовозобновляющаяся.
Генеральное в разделении имен на классы – понимание содержания [кто?]. В современных дагестанско-нахских языках [кто?] — [человек (в совокупности его общественных отношений)]. Полагать его такое понимание исходным в одной из древнейших грамматических категорий в этих языках, естественно, не приходится, т. к. оно является отражением определенного уровня социального развития носителей языка, который вряд ли можно предполагать одним и тем же у носителей современных дагестанско-нахских языков и в состоянии их этноязыкового единства в глубокой древности.
Язык, как явление социальное, представляет органическое единство своих основных функций: средства коммуникации и средства развития мышления. Он отражает в своих реалиях действительность существования его носителей, коллективное восприятие этой действительности и формирующиеся на нем мировоззренческие представления, отражающие процесс поступательной социальной и культурной эволюции данного человеческого коллектива. Элементы этих представлений способны сохраняться бесконечно долго, органически вплетаясь в структуру новых представлений и не вступая с ними в противоречие. Грамматический строй языка формируется как отражение системных связей функционального единства языка как средства коммуникации членов данного человеческого коллектива и как средства развития их коллективного мышления. В виде грамматических категорий в языке выражается то, что составляет основу взаимосвязи его основных функций. Отсюда устойчивость грамматического строя языка как системы и способность к сохранению отраженной через его категории действительности социального развития его носителей.
Разделение в языке данного человеческого коллектива имен на “классы” предполагает сложившуюся в данном коллективе реальность социального разделения на “классы”, т. е. cуществование социальной иерархии его членов, а следовательно, и отношений господства – подчинения, личностей с высоким общественным престижем, устойчивыми общественными функциями. На основе таких отношений формируются представления о богах, сверхъестественных образах, более могущественных, чем демоны и духи предрелигии, более индивидуальных, наделенных более отчетливыми функциями, имеющих личное имя, более определенную и более широкую сферу деятельности. Это мировоззренческие представления в форме религии: свидетельство социальной дифференцированности общества, выделившихся функций управления и определившейся роли их носителей (жрецов, вождей). Божество – объединение людей не по родоплеменному, а территориальному признаку (владению божества).
Для того чтобы получить системное отражение в структуре языка данного коллектива это восприятие действительности существования должно быть отражено в коллективном мышлении говорящих на данном языке, а следовательно, быть всеобщей значимости, признания, широты и постоянства функционирования в представлениях человеческого коллектива об окружающей действительности и силах, от которых представляется зависимым их благополучие и само существование. Следовательно, в основе разделения имен на “классы” мы вправе предполагать представления о функциях управления и разделение имен на названия обладающих функциями управления и названия всего остального.
Бинарной системе семасиологического разделения имен соответствовала бинарная же система его морфологического выражения:
ГКv — [божества (носители функций управления)] [кто?],
ГКr/d — [все остальное] [что?].
В итоге всестороннего системного анализа всего многообразия организаций морфологического разделения имен на классы и соотношения их с пониманием содержания семасиологического разделения на [кто?] и [что?], обобщения и осмысления полученных результатов, становление категории грамматических классов дагестанско-нахских языков в их современном состоянии предстает, во-первых, следствием мер, направленных на поддержание соответствия морфологического разделения имен на классы пониманию содержания их семасиологического разделения, а во-вторых, непрерывным поступательным процессом, сохраняющим преемственность на всем протяжении от зарождения в состоянии дагестанско-нахского единства периода становления у его носителей производящего уклада хозяйствования и мировоззренческих представлений в форме религии, предположительно на рубеже VI-V тыс. до н. э., и до ее состояния в современных дагестанско-нахских языках.
В соответствии с характером изменений в понимании содержания [кто?] в становлении систем разделения имен на классы выделяются три основных этапа.
Первый этап: от понимания [кто?] — [божества (носители функций управления)] до понимания [кто?] — [человек (в совокупности его социальных отношений)]. Этот этап демонстрирует непрерывный поступательный характер общественного развития носителей дагестанско-нахского языкового единства. По пониманию содержания [кто?] на заключительной стадии этого этапа: [человек (в совокупности его социальных отношений)] оно может рассматриваться как достигшее в социальных отношениях уровня раннеклассового общества.
Бинарной системе семасиологического разделения имен [кто?] — [что?] на первом этапе соответствует бинарная система морфологического разделения имен ГКv — ГКr/d до тех пор, пока [кто?] распространяется на названия мужчин: верховные служители культов божеств, вожди, мужчины привилегированных сословий – выражение почтительного отношения. Соответствие это нарушается с распространением [кто?] на женщин привилегированных сословий. Под [кто?] теперь понимают [человек (в совокупности его социальных отношений)] и для них в систему морфологического разделения имен вводится классификатор b-, но используется он только при названиях [женщины привилегированных сословий] [кто?]. Бинарная система морфологического разделения имен ГКv — ГКr/d усложняется в трехклассную ГКv — ГКb — ГКr/d, которой завершается существование морфологического разделения имен на классы как единой организации дагестанско-нахского языкового единства.
Второй этап. Понимание [человек (в совокупности его социальных отношений)], достигнутое [кто?] к концу первого этапа, оказывается реинтерпретированным в [человек (биологический вид)] и разные классификаторы при названиях мужчин и названиях женщин привилегированных сословий воспринятым их разделением по биологическому полу – свидетельство глубокого снижения уровня культуры носителей дагестанско-нахского языкового единства по отношению к уровню предшествующего этапа. Процесс этот на южной и северной территориях распространения дагестанско-нахского языкового единства протекает по разному.
На северной территории он носит, по всей видимости, кризисный характер. Это следует из того, что в систему морфологического разделения имен здесь введен классификатор названий женщин как биологического вида человека и трехклассная система усложнена в четырехклассную ГКv — ГКj — ГКb — ГКr/d. Классификаторы имен [кто?] стали пониматься классификаторами названий мужчин и названий женщин как биологического вида человека. На южной территории система морфологического разделения имен сохранилась трехклассная: ГКv — ГКb — ГКr/d. Классификатор v- в ней осознан классификатором названий мужчин как биологического вида человека. Классификатора названий женщин как биологического вида человека в ней нет.
Третий этап. Понимание [кто?] реинтерпретировано в [человек (в совокупности общественных отношений)]. Это свидетельствует о новом росте в культурном развитии населения региона.
Две наиболее характерные особенности морфологического разделения имен этого этапа:
а) сложившиеся системы морфологического разделения имен ГКv — ГКb -ГКr/d и ГКv — ГКj — ГКb — ГКr/d сохраняются как системы морфологического разделения имен в единственном числе. Это системы, лишенные внутренних возможностей саморазвития. Для множественного числа формируются самостоятельные системы, генеральное в которых разделение имен на названия [человек (в совокупности общественных отношений)] [кто?] и названия [все остальное] [что?]. Использованы классификаторы существующих систем, за исключением классификатора v- ;
б) формирующиеся на третьем этапе системы морфологического разделения имен на классы наглядно демонстрируют развитие начавшегося на втором этапе процесса распада дагестанско-нахского языкового единства на современные дагестанско-нахские языки.
Рассмотренные этапы становления систем разделения имен на классы дагестанско-нахских языков соотносимы с основанными на археологических исследованиях представлениями об этнокультурном развитии автохтонного населения Северо-Восточного Кавказа со времени перехода его к производящему укладу хозяйствования на рубеже VII-VI тыс. до н. э.
Тезисы докладов 9-го Международного коллоквиума
Европейской ассоциации кавказоведов. - Махачкала, 1998.
 |
ЧЕЧНЯ. Хасмагомед Магомаев: голос чеченской прессы в эпоху перемен.
Казахстанские спасатели выручили 28 замерзающих пассажиров автобуса
Дорожные службы Дагестана ликвидировали последствия схода лавины
Черноморское побережье Ялты испытывает на прочность сильный шторм
Нобелевский институт заявил, что его премия мира не может быть передана
Американское издание представило недопустимые действия властей Армении против Самвела Карапетяна
